Первый этап его невзгод начался с ареста и ссылки. В возрасте трех лет османы заключили его и его семью в тюрьму Мосула из-за восстания, возглавляемого шейхом Абдулсаламом Барзани. Впоследствии их депортировали в Сулейманию. По мере того как Барзани взрослел, он стал участвовать в вооруженном сопротивлении, приобретая известность в сражениях, благодаря которым его имя постепенно стало широко известно среди курдов.
Первая попытка покушения на муллу Мустафу Барзани в 1936
После подавления первой Барзанской революции и экстрадиции шейха Ахмада Барзани и муллы Мустафы Барзани турками иракской монархии, они были арестованы вместе со своими семьями в Мосуле. В это время Хошави Аудиш начал революцию Хошави. Королевское правительство, в частности Хасамуддин Джума, который одновременно был директором полиции и администратором бывшего губернатора Омара Назми, считало, что мулла Мустафа поддерживает движение Хошави и вдохновляет его. В 1936 году было совершено покушение на жизнь Барзани, когда в его кофе подсыпали яд. После этого инцидента мулла Мустафа провел две недели без сознания, но чудесным образом выжил.
В попытках спасти муллу Мустафу участвовали шейх Аджил Явар, семьи Кашмула и Абавин. Также ходили слухи об участии французского врача, проживавшего в то время в Сирии, который сыграл роль в лечении муллы Мустафы.
Вторая попытка покушения на муллу Мустафу Барзани в 1961
После начала Сентябрьской революции 11 сентября 1961 года и последующих побед пешмерга в нескольких сражениях иракское правительство попыталось начать переговоры с курдским политическим руководством, в частности с генералом Мустафой Барзани. Однако одновременно с этим они предпринимали тайные попытки убить муллу Мустафу, публикуя многочисленные ложные заявления о его смерти.
Абдул-Керим Касем, намереваясь укрепить свою диктатуру в Ираке и убедить муллу Мустафу Барзани отказаться от законных прав курдского народа и переехать в Барзан, направил письмо шейху Ахмаду Барзани с просьбой оказать содействие в организации встречи с президентом Мустафой Барзани. Шейх Ахмад, не отказавшись от просьбы, направил двух своих эмиссаров к мулле Мустафе для согласования встречи с представителем Абдул-Керима Касема, бригадным генералом Хасаном Абуди из пятой бригады. Масуд Барзани рассказывает об этом эпизоде в начальной части третьего тома своей книги «Барзани и курдское освободительное движение».
17 декабря правительство выбрало место для встречи недалеко от Сарсанга, но Барзани решил остаться недалеко от деревни Бамарне. Вместо этого он отправил нескольких эмиссаров в назначенное место, чтобы дождаться прибытия Хасана Абуда с намерением сопроводить его к предпочтительному для Барзани месту встречи. Подозрения Барзани подтвердились, когда стало ясно, что Касем намеревался устроить засаду и на него, и на Хасана Абуда в указанном месте. Сразу после того, как Хасан Абуд отправился к местонахождению Барзани со своими посланниками, прибыли четыре самолета и нанесли массированный и точный удар по району. Хасан Абуд наблюдал издалека, глубоко встревоженный интенсивной бомбардировкой.
Как показывает этот рассказ, опыт и дальновидность покойного Барзани сорвали заговор врагов и не позволили их желаниям осуществиться, а их террористическая попытка провалилась. «Я не прошу Касема дать мне что-либо», — сказал там Барзани Хасану Абуди. «Пусть он даст курдскому народу его права, и я покину Ирак».
Третья попытка покушения на муллу Мустафу Барзани в 1971
"Хотя Сентябрьская революция достигла некоторых своих целей и автономия Курдистана была впервые официально признана, враги Курдистана и президента Мустафы Барзани не успокоились. Они продолжали планировать и замышлять его убийство.
"15 сентября 1971 года два религиозных ученых, суннитский священнослужитель Абдул-Джаббар Азами и шиитский священнослужитель Абдул-Хусейн Дахили, посетили Мустафу Барзани, который тепло их принял. Ученые объяснили, что они приехали из-за напряженной ситуации между революцией и иракским режимом, которая влияла на общественное мнение. Они предупредили, что планируют начать кампанию среди религиозных деятелей и широких масс населения. Стремясь смягчить конфликты и укрепить существующий мир, они попросили президента Мустафу Барзани высказать свою точку зрения по этому вопросу.
«Барзани высказал свое мнение, оценил их усилия и предложил свою поддержку. Все казалось нормальным, пока не выяснилось, что водитель, привезший двух религиозных деятелей, был агентом иракской разведки. Его миссией было наблюдение за мерами безопасности, принятыми для муллы Мустафы Барзани, ознакомление с географией региона и штаб-квартирой Барзани, а также определение того, где Барзани сидел и принимал своих гостей».
«29 сентября 1971 года делегация, состоящая из Абдул-Хусейна Дахили, шейха Абдул-Джаббара Азами, шейха Абдул-Вахаба Азами, шейха Ибрагима Ганима Хузаи, шейха Ахмада Хити, шейха Бакира Музаффара, шейха Гази аль-Длеми, шейха Нура Ясина и шейха Абдул-Джалиля аль-Мусави, прибыла в Хаджи-Омеран. Они приехали, чтобы обсудить проблемы между революцией и иракским правительством. Делегация передвигалась на двух автомобилях, пикапе Toyota и Chevrolet 1963, которыми управляли Сулейман Кухи и Мохаммед Камиль Исмаил, оба члены багдадского разведывательного агентства».
"Транспортным средствам не разрешалось проезжать через контрольно-пропускной пункт Хаджи-Омеран, но один из членов делегации, Абдул Джаббар Азами, пригрозил сообщить о стражниках президенту Мустафе Барзани если им не позволят проехать. В итоге им разрешили проехать."
"Когда делегация прибыла, президент Мустафа Барзани, доктор Махмуд Барзани и Масуд Барзани были все вместе. Барзани уведомили об их прибытии, и их имена были объявлены. Барзани принял решение встретиться с ними после вечерней молитвы."
Гости преподнесли мулле Мустафе Коран и еще одну книгу по шариату, которые он милостиво принял и поблагодарил их за них. Вскоре после этого в комнату вошел человек, разливающий чай из штаб-квартиры, и начал подавать чай шейху Хади Хазраджи, сидящему напротив президента Мустафы Барзани. Шейх Хади, который тайно принес магнитофон, чтобы записать голос муллы Мустафы, уловил момент, когда звук чайной чашки и человек, разливающий чай, на мгновение заслонили ему обзор, и нажал кнопку записи. Однако вместо записи устройство взорвалось, наполнив комнату дымом."
Масуд Барзани, который был с президентом Мустафой Барзани перед взрывом, бросился на место происшествия, услышав взрыв. Он вспоминал: "Сначала я испугался, что целью была резиденция моего отца, но позже узнал, что он ушел к гостям раньше запланированного времени, где и произошел террористический акт. Я думал, что моего отца убили, но один из его телохранителей заверил меня, что президент Мустафа Барзани получил лишь незначительные травмы от осколка и находится в безопасности."
Масуд Барзани описал последствия теракта следующим образом: Четыре человека, вошедшие в приемную, были поражены осколками бомбы. Те, кто сидел справа и слева от моего отца, получили ранения, а те, кто мог, бежали в целях безопасности. Сам Барзани вышел из комнаты и приказал пешмерга никому не причинять вреда, кроме двух водителей, которые пытались добраться до «Шевроле», также ставшего целью взрывчатки. Задние фонари обеих машин были оснащены ракетами, чтобы отследить их, если они попытаются сбежать на каком-либо транспортном средстве. Эти водители бросали ручные гранаты, убегая. К пяти двадцати пяти угроза была нейтрализована путем ликвидации заговорщиков.
В результате этого террористического акта погибли девять мулл и двое водителей, а также двое пешмерга стали мучениками, четырнадцать человек получили ранения. После того как толпа разошлась, начиненная взрывчаткой «Тойота» взорвалась, но, к счастью, не нанесла дальнейшего ущерба.
Выразив свое облегчение и добрые пожелания Барзани в связи с тем, что он выжил после террористического акта, руководство иракской партии Баас направило телеграмму. Президент направил Абдула Саттара Джавари, министра, действующего от имени президента, который затем лично навестил президента Барзани, причем оба отрицали какую-либо осведомленность о террористическом акте.
Была создана совместная комиссия для выяснения правды и установления ответственных за террористический акт, но это оказалось тщетным. Информация, полученная Агентством революционной обороны, свидетельствовала о том, что режим сам организовал этот план.
Назим Газар, тогдашний глава иракской разведки, вероятно, сыграл ключевую роль в реализации плана, но окончательное решение принималось выше по цепочке. Масуд Барзани вспоминает в третьем томе второй части своей книги «Барзани и курдское освободительное движение»: «Мам Джалал сообщил мне, что во время своих диалогов в Багдаде в 1983 году Саддам признался, что знал о заговоре с целью убийства муллы Мустафы, и выразил большое недовольство его провалом», — раскрыл Барзани . . .
Четвертая попытка покушения 1972
После неудачной террористической попытки иракской разведки в штаб-квартире Барзани агентство не извлекло урока и продолжило свою террористическую деятельность. В июле 15 1972 года Ибрагим Габари прибыл в Ирак из Сирии, якобы спасаясь от преследований со стороны сирийского правительства. Габари часто посещал пятое отделение партии (ДПК) и установил контакт с иракской разведкой, которая затем поставила перед ним задачу.
Назим Газар, тогдашний глава иракской разведки, поручил Ибрагиму Габари проникнуть в штаб-квартиру Барзани и попытаться убить его. Если это не удастся, он должен был нацелиться либо на Идриса Барзани, либо на Масуда Барзани, сына лидера курдского освободительного движения. Габари согласился и отправился в освобожденные районы, находящиеся под контролем революции, добиваясь встречи с Масудом Барзани под предлогом того, что хочет поделиться важным секретом.
Масуд Барзани встретился с Габари, который сообщил ему о запросе иракской разведки. Барзани призвал Габари не сдаваться, а продолжать свою деятельность, любопытствуя, чего еще может потребовать от него агентство.
Иракские спецслужбы поручили Ибрагиму Габари сфотографироваться с президентом Мустафой Барзани, Идрисом Барзани и Масудом Барзани, чтобы убедить их в своей близости к штаб-квартире Барзани. Масуд Барзани выполнил просьбу Габари и сделал фотографии. Затем Габари представил эти фотографии Назиму Газару, который поверил ему и впоследствии отправил мешок, полный тротила, в освобожденные районы, находящиеся под контролем революции. План состоял в том, чтобы использовать тротил для убийства Малы Мустафы Барзани или, в случае неудачи, нацелиться на одного из двух его сыновей.
Мешок с тротилом был передан Революционной разведке, а новость о неудачной попытке покушения на Барзани была опубликована в газете «Хабат». Однако режим Баас, в соответствии со своими предыдущими отрицаниями террористических актов, отрекся от какой-либо причастности к этой попытке. Министерство внутренних дел также отрицало причастность любого правительственного учреждения Ирака к этому террористическому заговору.
Саддам Хусейн создал следственную комиссию в составе Абдул Халика Самараи, представителя партии Баас; Мукарама Талабани, представителя Коммунистической партии; Мохаммеда Махмуда Абдул Рахмана, представителя партии; Азиза Шарифа; Дары Тауфика; и Ихсана Шерзада. Комиссия посетила Навпрдан, изучила доказательства и допросила Ибрагима Габари, который признался во всем и назвал имена офицеров, причастных к заговору, включая офицера Басиля Араджи. Когда Абдул Халик Самараи спросил о внешности офицера, описание Габари полностью совпало, подтверждая его осведомленность. Самараи обещал представить выводы комиссии своему руководству, но партия Баас не предпринимала никаких действий вплоть до переворота Назима Газара 20 1973 года, направленного на свержение президента Ахмада Хасана Бакра и захват власти в Ираке. Впоследствии баасистский режим признал, что террористические акты сентября 29 1971 года и июля 15 1972 года были организованы Назимом Газаром под влиянием иностранных сил.
Помимо этих попыток, было совершено несколько других террористических актов, направленных на подрыв безопасности при революционном правлении. Однако благодаря бдительности органов революционной безопасности эти усилия были по большей части безуспешными. Важно отметить, что революционное руководство никогда не отвечало на террористические акты подобным насилием. Если бы Курдское освободительное движение искало мести, они нацелились бы только на тех, кто несет ответственность за террористические акты, а не на женщин, детей или невинных людей. Этот принцип был ключевым убеждением президента Мустафы Барзани, который всегда призывал своих последователей и командиров курдских сил Пешмерга избегать операций, которые могли бы нанести вред мирным жителям.
Источники:
1. Масуд Барзани, «Барзани и курдское освободительное движение», том первый, «Сентябрьская революция» 1931-1958, первое издание (Эрбиль — типография Министерства по делам Пешмерга — 2004).
2. Масуд Барзани, «Барзани и курдское освободительное движение», том третий, часть вторая, «Сентябрьская революция» 1961-1975, первое издание (Эрбиль — типография Министерства по делам Пешмерга — 2004).
3. Архив энциклопедии KDP.