Проблема вынужденного переселения и беженства считается одним из наиболее заметных последствий политических и военных конфликтов в новейшей истории Курдистана. Курдский народ в Южном Курдистане на различных этапах из-за репрессивной политики и насильственных нападений последовательных режимов Ирака был вынужден покинуть родину и искать убежище в соседних странах. «На многих этапах курды в частях, где они проживают, были вынуждены переселяться, будь то внутри самой страны или переходя границы в соседние страны в результате давления и насилия, превышающих возможности людей к выживанию. Поэтому часто руководство революций, чтобы защитить жизни граждан от опасностей войны и столкновений, было вынуждено принимать решение о переселении и массовом исходе». (Абдулрахман Али Курда, 2018: 34).
В новейшей истории курдов истоки волн массового исхода восходят к началу двадцатого века и началу революций Барзани. В 1932 году, после того как англичане и тогдашнее королевское правительство Ирака всеми силами пытались подавить первую революцию Барзани, из-за военного давления были созданы условия для переселения в Северный Курдистан, находящийся под контролем Турции: «С наступлением июня путь был расчищен для входа в Турцию и ухода из Ирака, в 10/6/1932 семьи и дети собрались в (долине Зет) и окрестных деревнях, готовясь к входу в Турцию» (Масуд Барзани, 2020: 46).
Этот процесс в 1945 году и во время второй революции Барзани приобрел более широкие масштабы, когда силы правительства Ирака с танками и артиллерией атаковали регион: «В 11 октября 1945 года последний пешмерга революции Барзани в сопровождении Мустафы Барзани вместе с 35 тысячами женщин, мужчин и молодежи под давлением танков и артиллерии иракского правительства пересекли границу через Килешин и перешли в Восточный Курдистан». (Мустафа Мухаммад Карим, 2022: 237-238).
В книге «Барзани и освободительное движение курдского народа» подробности перехода на территорию Восточного Курдистана изложены следующим образом: «Когда барзанцы в 11/10/1945 через Килешин-Маргавар (Далампер) вошли в Иранский Курдистан, иракская авиация преследовала семьи до самой границы. Это отступление было осуществлено очень точно и организованно, так что ни одна семья не осталась позади и ни один человек не попал в руки врага. Шейх Ахмед Барзани сам шел вместе с семьями, разделяя их усталость и трудности. Революционеры также следовали за семьями, и по прибытии в Иранский Курдистан их очень тепло встретили, а курдские братья из Ирана начали помогать им и распределили их по (49) деревням, делясь с ними жильем и едой» (Масуд Барзани, 2020: 46). Эти тысячи людей оставались в Восточном Курдистане до падения Демократической Республики Курдистан, но в 1947 году были вынуждены покинуть его и вернуться в родные места.
Переселенцы Сентябрьской революции и беженцы после поражения в 1975
Этот этап считается одним из самых тяжелых и масштабных периодов беженства, который длился с 11 марта 1974 года по 6 марта 1975 года: «Первый этап, с 11 марта 1974 года по 6 марта 1975 года, из-за нападения иракской армии на районы, находящиеся под властью Сентябрьской революции, часть гражданского населения покинула свои дома и отправилась в более отдаленные места, став внутренними переселенцами в Курдистане. Однако с продолжением этих нападений число беженцев день ото дня росло, и их положение во всех аспектах ухудшалось, так как эти регионы были в основном горными, погода была очень холодной, а мест для размещения было крайне мало. По этой причине массовая волна, которую Демократическая партия Курдистана в своих публикациях оценила в (80000) человек, в течение двух месяцев с апреля по конец мая 1974 года из-за страха перед этими нападениями стала беженцами в Иране, а небольшое число тайно перешло границу Турции» (Фаттах Мухаммад Валатжери, 2024: 60). Переход более восьмидесяти тысяч человек в освобожденные районы под властью революции был неожиданной катастрофой, так как большая часть этих переселенцев мало знала о деревенской жизни и не имела значительных финансовых ресурсов, а у революции не было таких огромных финансовых возможностей, чтобы обеспечить их самыми необходимыми вещами. Хуже того, не было никакой помощи или поддержки со стороны международных благотворительных организаций.
Причиной этой катастрофы в большей степени было то, что: «Правительство не только изгоняло людей из районов революции, но и не щадило курдских граждан, проживающих в Киркуке, Мосуле и Багдаде, и любого, кто имел связи с революцией, если режим об этом узнавал, выставляли из домов вместе с семьями» (Фаттах Мухаммад Валатжери, 2024: 63).
Также существуют различные мнения относительно общей статистики этого периода из-за отсутствия точных органов переписи населения в то время: «Существуют большие расхождения между источниками относительно числа курдских беженцев в Иране в этот исторический период. Причина этого заключается в том, что у руководства Сентябрьской революции не было под рукой точных статистических данных... Однако общим пунктом в этих статистических данных является то, что люди, которые с начала войны в 1974 году до окончания Сентябрьской революции в марте 1975 года покинули Иракский Курдистан и стали беженцами в Иране, составляли около (210000) человек. Отсюда видно, что из общего числа (1500000) человек, находившихся под властью Сентябрьской революции, около (%14) населения были беженцами. Это для того времени было чрезвычайно огромным числом» (Фаттах Мухаммад Валатжери, 2024: 92).
После поражения 1975 и Алжирского соглашения ситуация стала еще сложнее: «С объявлением о зловещем Алжирском соглашении большое количество жителей Курдистана выбрали изгнание и связали свою судьбу с Барзани и революцией, отправившись навстречу неизвестному будущему. Поражение 1975 года было настолько великим и опасным, что даже те, кто в свое время занимал высокие посты в революции, оказались сломлены и отчаялись, они не смогли сдержаться, поэтому часть из них отправилась за границу. Однако огромное число преданных и бедных людей нашего народа сдержались и столкнулись со всеми видами трудностей, лишений и страданий, не желая ни под какими угрозами или давлением отказываться от своих принципов и своего лидера. От угроз и давления САВАК, бомбардировок и тяжелой жизни в изгнании и на чужбине до подстрекательств и раздачи денег и должностей под разными предлогами ради привлечения беженцев и их отдаления от Партии». (Масуд Барзани, 2021: 156-157). Именно это заставило президента Масуда Барзани написать в своей исторической книге следующее: «Я считаю необходимым здесь выразить бесконечную благодарность моим сестрам и братьям-беженцам по всему Ирану и особенно тем беженцам, которые поселились в Восточном Курдистане, которые, несмотря на всю тяжесть, давление, неблагоприятные условия и слабость жизненных и бытовых условий, оставались стойкими и были готовы на любую жертву ради национальных и государственных целей и принципов Партии и ее революции, потому что тяжелые жизненные условия легли непосильным бременем на их плечи, и даже большая их часть зарабатывала себе на жизнь ежедневным трудом». (Масуд Барзани, 2021: 156-157)
Стойкость масс и последователей идей Барзани на этом этапе стала двигателем реорганизации сил: «Для лучшего управления делами мы с братом Идрисом договорились, что он посвятит себя управлению и курированию дел беженцев и перемещенных лиц, которых было около ста восьмидесяти тысяч человек. Я же взял на себя задачу по реорганизации партийных рядов, чтобы на втором этапе мы могли снова начать революцию и борьбу, все наши шаги мы предпринимали вместе и в курсе друг друга» (Масуд Барзани, 2021: 21). Идрис Барзани С помощью ряда революционных кадров он сформировал специальный комитет по курированию лагерей (таких как Зиве, Сарполь-э-Захаб, Кередж и другие места). Первой целью было обеспечение первичных потребностей, таких как жилье, питание и медикаменты, посредством координации с Иранским Красным Полумесяцем и гуманитарными организациями, а после этого вопрос обучения детей стал для него очень важным, поэтому он приложил все усилия, чтобы курдские дети пошли учиться.
Несмотря на распределение по разным регионам, новое поколение беженцев было в авангарде образования: «Слава Богу, многие молодые люди среди беженцев в тех тяжелых условиях смогли учиться и проявить себя, даже добиваясь очень высоких показателей в образовательных центрах. Наши студенты-беженцы в школах Ирана, несмотря на бедность и нехватку средств, всегда были одними из самых умных и передовых учеников в школах. Наши сестры и братья-беженцы, которые из-за программы шахского режима были рассеяны по всем провинциям и отдаленным районам, на чужбине сохраняли свой язык и традиции, а также защищали свои убеждения в идеях Барзани и курдство» (Масуд Барзани, 2021: 156-157), и это стало очень заметно после возвращения курдских беженцев из Ирана и других стран, причем подавляющее большинство из них имели разную степень образования или продолжали учиться.
- Второй этап беженцев 1979-1987
Режим Бакра, а позже и Саддама, получили хорошие деньги от продажи нефти и благодаря этому снабдили свою армию новейшим оружием. Саддам развязал войну с Ираном и лишил гражданства десятки тысяч курдов-файли, заставив их покинуть Ирак и стать беженцами в Иране. После этого началась кампания «Анфаль», в ходе которой было подвергнуто геноциду более восьми тысяч молодых людей и мужчин из рода Барзани, поэтому каждый представитель рода Барзани, который мог в то время пересечь границу, становился беженцем в Иране, так как был уверен, что если останется здесь, то столкнется с неизвестной судьбой.
Различные этапы «Анфаля», проводившиеся против курдов в тот период, были еще одной причиной, заставившей невинных граждан покинуть свои дома и направиться в соседние страны. Также из-за ирано-иракской войны режим Баас опустошил все приграничные деревни, что привело к тому, что еще часть граждан стала беженцами в Иране. Это помимо того, что десятки молодых курдов покинули Курдистан из-за принудительной военной службы.
- Этап после химической атаки на Халабджу 1988
Режим Баас 16 марта 1988 года подверг город Халабджа химической атаке и уничтожил более 5000 ни в чем не повинных граждан. В тот день все жители Халабджи, окрестных районов и деревень бежали в Иран, большинство из которых были женщины и дети, а значительное число из них пострадало от химического оружия. «Химическая атака на Халабджу и ряд других мест Курдистана в (1988) году и прекращение восьмилетней кровавой войны (Ирак - Иран) в (1988/8/8) привели к тому, что тысячи граждан с семьями и детьми бежали в Иран и были расселены в лагерях, деревнях, городах и поселках Ирана в условиях нищенской, тяжелой и бедной жизни» (Абдулрахман Али Курда, 2018: 37). Если предыдущие беженцы из-за своей численности были бременем, то беженцы этого этапа создали большую нагрузку из-за плохого состояния здоровья, и Иран был единственной страной, которая помогала этим беженцам, потому что другие страны уклонялись от этого вопроса из-за своих хороших отношений с властями Баас и правительством Ирака.
Социальная структура беженцев
Община курдских беженцев в Иране была пестрой и разнообразной с религиозной и национальной точек зрения: «На религиозном и национальном уровне, точно так же, как состав общества Курдистана был разноцветным и многообразным, так и среди беженцев было большое количество представителей разных национальностей и религий, таких как ассирийцы, езиды и какаи» (Фаттах Мухаммад Валатжери, 2024: 92).
С административной точки зрения, беженцы согласно официальным документам были разделены на 10 различных групп: ''в документе под названием (Инструкция по делам иракских курдских беженцев), беженцы были разделены на (10) категорий, а именно: 1- лидеры беженцев, 2- беженцы из племени Барзан, семья близкая к Мулле Мустафе Барзани, 3- офицеры и чины армии, полиции и органов безопасности Ирака, 4- административные кадры и государственные и творческие управляющие курдской революции, 5- медицинские кадры, такие как врачи, фельдшеры и медбратья, 6- пешмерга, 7- семьи без попечителей (семьи шехидов) и престарелые и нетрудоспособные лица, 8- обычные беженцы, 9- студенты, 10- преподаватели'' (Фаттах Мухаммед Валатджери, 2024: 93), и, вероятно, цель этого была двойной: с одной стороны, иранские власти должны были иметь четкое представление о том, какие люди находятся среди перемещенных лиц, в чем они разбираются и для какой работы они полезны, а с другой стороны, это облегчало контроль над ними и препятствовало их свободному перемещению.
Иранские власти на разных этапах использовали различные формы удостоверений личности для регулирования правового статуса перемещенных лиц: ''каждый беженец в Исламской Республике Иран должен был иметь официальное удостоверение беженца, выданное компетентным органом (Управление по делам беженцев), которое позже стало (Управлением по делам иностранных граждан), специально созданным для этой задачи... Беженцы 1974 года имели специальное удостоверение под названием (тетрадь/дефтарче) в шахском Иране. Беженцы после Исламской революции в Иране до 1988 года имели специальное удостоверение под названием (зеленая карта). Беженцам после химических атак, кампаний Анфаль и массового исхода этого периода, начиная с середины 1988 года, выдавали другое удостоверение под названием (белая карта)'' (Абдулрахман Али Курда, 2018: 59), каждая из этих карт имела свои особенности и отличала держателя от другого, например, обладатель белой карты не мог покинуть свой город и свободно перемещаться по городам Ирана, в то время как тем, у кого была тетрадь, было легче выполнить это действие.
- Роль беженцев в возобновлении революции
Несмотря на трудности и стесненные обстоятельства, беженцы сыграли важную роль в финансовой поддержке революции: ''В то время как значительная часть из них жила в тяжелых жизненных условиях и бедности, их стойкость стала причиной возобновления и продвижения революции и усиления партии на арене борьбы и усилий. Беженцы и преданные представители нашего народа своей стойкостью и терпением стали причиной провала всех грязных планов врагов народа и победы воли партии в деле защиты прав и законных требований нашего народа, ... Преданность и стойкость беженцев по отношению к партии и революции были таковы, что они жертвовали половину своего ежедневного дохода на нужды фронтов и обеспечение потребностей героических пешмерга. Эти стойкие беженцы стали источником продолжения революции и последовательных побед героических пешмерга на позициях защиты земли, родины и законных прав нашего народа; поэтому история запишет стойкость и сопротивление беженцев на своих страницах золотыми буквами. Наши сестры и братья-беженцы долгие годы проводили жизнь в изгнании, скитаниях, бедности, снимая жилье и работая по найму, и они с гордостью преодолели этот изнурительный период, поддерживая революцию и пешмерга, принося жертвы шехидов и раненых ради Курдистана.'' (Масуд Барзани, 2021: 156-157). То, что можно извлечь из слов лидера Масуда Барзани, заключается в следующем: несмотря на то, что люди жили в крайней нужде, они были готовы, помимо самопожертвования и участия в пешмерга, отдавать даже последнее из пропитания своих детей ради революции, и они были настоящим динамическим двигателем революции Гулан. В этом также очень заметна роль матерей, сестер и жен пешмерга, и если мы прочтем воспоминания пешмерга того периода, мы поймем, насколько они были гордыми и героическими. Когда мужчины были на позициях сопротивления, бремя управления семьей лежало на плечах женщин: ''Мужчины несли оружие чести революции на плечах, а женщины несли обязанность воспитания детей и стойкости на своих плечах.'' (Масуд Барзани, 2021: 156-157). Эта реальность также нашла отражение в воспоминаниях пешмерга: ''Когда мы становились пешмерга, часто на шесть месяцев или дольше мы приходили отрядами в Иракский Курдистан, оставляя свои дома и детей, наши супруги играли огромную роль в воспитании детей, поддержании дома и семьи, взрослении и воспитании детей, они обладали великим искусством, сумев прекрасно вырастить этих детей'' (Хаджи Мирхан Доламари, 2021: 242), таким образом курдские матери воспитывали своих детей в любви к земле и родине.
Курдистанский фронт и дела беженцев
Для противостояния гуманитарным кризисам, особенно в 1988 году, политические силы Курдистана создали совместные организации: ''Для руководства этими людьми и их расселения, особенно после массового исхода после Анфаля и химических атак, сначала обе партии, Демократическая партия Курдистана.. и Патриотический союз Курдистана.. каждая в отдельности создала специализированный комитет для руководства беженцами, который позже имел координацию в той или иной форме с другими партиями Курдистанского фронта и даже внешними силами (Социалистическая партия, Коммунистическая партия, ПАСОК и Партия народа) и (Исламское движение). Каждая из них по мере своих сил предпринимала шаги в этом процессе, чтобы приветствовать этот поток беженцев и руководить ими, при этом существовала полная координация между этими комитетами и комитетом по связям партий в большинстве городов, городков и на границах Исламской Республики Иран.'' Это продолжалось некоторое время, но позже, по решению политического руководства Курдистанского фронта, комитеты партий были объединены и расширены до представительств партий Курдистанского фронта для руководства и расселения этих людей в лагерях, городах и городках, а также координации с соответствующими учреждениями и органами Исламской Республики Иран и контроля над ними. Для этой цели был создан высший комитет под названием (Высший комитет по делам беженцев), который изначально состоял из представителей всех трех основных политических партий Курдистанского фронта (Партия, Союз и Социалисты), которые были напрямую подчинены Исполнительному бюро Фронта, которое позже было расширено и состояло из господ: Курдистанское общество помощи'' (Абдулрахман Али Курда, 2018: 37), то есть курдские партии вначале обслуживали тех людей, которые были близки им, но позже создают координационный комитет, а затем движутся к большей институционализации и в итоге помогают беженцам через Курдистанское общество помощи.
Окончательные данные и общая перепись беженцев
Сводка статистики и численность курдских беженцев по этапам и группам зафиксирована следующим образом, однако данные пока не являются в полной мере точными:
''Количество беженцев:- Беженцы 1988 г. ..................................90000-100000
- Беженцы 1979-1988 гг. ............................... 20000-25000
- Беженцы 1974 г., оставшиеся .......................... 40000-45000
- Фейлийские беженцы ..................................................... более 200000
- Итого беженцев ................................................ 370000'' (Абдулрахман Али Курда, 2018: 62)
Стоит отметить, что после позорной кампании Анфаль и массового исхода (Коррау) часть курдских граждан стали беженцами в Турции. Всё вышесказанное доказывает, что курдский народ и Курдистан использовали переселение и беженство как важный инструмент выживания, и в конечном итоге именно массовый исход стал одним из важнейших факторов, побудивших мир поддержать курдов, признать часть их прав и попытаться защитить их.
Источники- Хаджи Мирхан Доламери, В поисках справедливости, Курдистан—2021.
- Абдулрахман Али Курда, Ассоциация по спасению Курдистана, первое издание, типография Рожхелат, Эрбиль, 2018.
- Мустафа Мухаммад Карим (д-р), Вторая революция Барзани, Комиссия энциклопедии (ПДК), типография Данишфар, Эрбиль—2022.
- Фаттах Мухаммад Валатжери, Курдские беженцы в Иране (1974-1979), Комиссия энциклопедии (ПДК), типография Университета Салахаддина, Эрбиль—2024.
- Масуд Барзани, Барзани и курдское освободительное движение, четвертый том — Революция Гулан, часть первая, первое издание, типография Роксана — 2021.